«Коррекция» в политике самого фонда, конечно, рассчитана и на то, что это поможет изменить представление о МВФ. По мере утверждения на Западе идеи о необходимом сокращении долга «третьего мира» критики МВФ проявляют растущую готовность признать, что в значительной части их гнев был вызван стремлением превратить фонд в «козла отпущения». Фейнберг говорит: «Кричать на МВФ — это все равно что расстрелять посланца, вместо того чтобы сосредоточиться на важных проблемах, иногда на собственной экономической бесхозяйственности правительства страны-должника». Беспорядки в Венесуэле и Иордании, к примеру, были вызваны, полагает журнал «Тайме», в большой мере неумелой подготовкой правительством общественности к принятию декретов о мерах по «экономии».

В Бразилии, где долг равен 112 млрд долл., а уровень инфляции выражается трехзначной цифрой, МВФ уже издавна вызывал проклятия. «Сейчас, — говорит Роберту Мастеду, декан факультета экономики Университета в Сан-Паулу, — МВФ изменился, но Бразилия — нет. Я бы сказал, что 70% наших проблем рождены в Бразилии и не имеют никакого отношения к МВФ». Даже X. Игиньес из Форума по проблемам долга и развития, доказывая, что МВФ усугубляет внутренние проблемы в Латинской Америке, все же согласен с тем, что «главная проблема — это мы сами».

Все больше специалистов на Западе считают, что изменения в отношении МВФ к кредиторам могли бы пойти, вероятно, дальше. Он мог бы убедить коммерческие банки в большей степени сократить их непогашенные займы, чтобы дать возможность странам-должникам выйти на реальный рост экономики. Фонд способен также извлечь выгоду из осуществления изменений в своей структуре: появление Японии в качестве лидера определенной альтернативной линии по отношению к консервативной позиции США внутри организации могло бы поднять престиж в мире операций фонда, сделать их более действенными. В данный момент хваленый консенсус МВФ часто кажется диктатом США. Существует потребность предоставлять больше ссуд и кредитов бедствующим странам, чтобы перестройка их экономики была бы менее болезненной, что, конечно, зависит от готовности индустриальных стран увеличить свои взносы. Большинство главных стран — доноров фонда готовы к решению (к которому с оговорками теперь присоединились и США) значительно — более чем на 60% — увеличить начиная с 1990 г. капитал МВФ20. Фонду, по общему убеждению, надо научиться приспосабливаться, т. е. с большим учетом подходить к социальной цене экономической перестройки, лучше помогать правительствам в защите их беднейших граждан от страданий, вызванных «жесткой экономией». Но МВФ, конечно, не может нести всю ответственность за «долговое болото». Фонд отнюдь не является демоном неразвитости, говорит должностное лицо министерства финансов Шри-Ланки, он больше похож на хирурга: «к нему обращаешься в крайнем случае, но он не может заставить вас лечь на операцию». В конечном счете, наверное, необходимый всем подъем в экономике задолжавших, ослабленных стран будет зависеть как от искусства врача, так и от желания больного вылечиться.